?

Log in

No account? Create an account
antoin
Cry 'Havoc!', and let slip the dogs of law!
antoin — общество — ЖЖ 
21-июн-2016 10:44 pm - Кресты на площади
captain


Двадцать семь простых крестов, сломанные мечи в терновых венцах, белые цифры 21.vi.1621… По замыслу авторов, эта часть Староместской площади должна наполнять зрителя скорбью. Там были казнены рыцари, учёные и богатые бюргеры — лидеры мятежа, с которого началась серия конфликтов, известная нам под общим условным названием Тридцатилетней войны. Чехи с удовольствием расскажут вам о том, как мужественно встречали осуждённые свой конец, как трижды менял затупившиеся мечи искусный палач, и как начались с этого дня три столетия угнетения чехов и чешской культуры.
Но всё это лишь пропаганда конца 19 — начала 20 вв., такая же, как совершенно непохожий на реального Яна Гуса памятник на той же площади (он был невысоким упитанным монахом с тонзурой). Ложь во имя создания национального мифа. Общая для всех стран мира тенденция к искажению истории в угоду политике и превращению её в примитивные рассказы о добре и зле, соответствующие среднему умственному уровню аудитории. Взглядом в прошлое чиновники любят скрывать неспособность видеть будущее.
В этих рассказах не будет многого. Читать дальше...Свернуть )
31-дек-2015 02:02 pm - С Новым Годом!
captain


Если в прошлом году не было времени на свои опусы, то в этом не вышло и читать. Надо было поднажать по части основной работы, так что за год успел прочитать только семь исторических книг — беспрецедентный антирекорд. Позор. В наступающем году хочу всё же найти время и для Клио. Свободного времени больше не станет, но надо заставить себя читать, даже когда хочется просто отключить мозг, ведь если не погружаться периодически в дело, которое нужно просто «для души», то получается как-то тошно.
captain
Поскребёшь английского аристократа — найдёшь, что предок его разбогател на овцеводстве и купил титул у Тюдоров, поскребёшь английский прецедент — и провалишься в такой эпизод, что более никогда не будешь сомневаться в связи права и национальной культуры. Скажем, берёшь современное решение, присуждающее штрафные убытки за обман контрагента. Это решение ссылается на трудовой спор 1964 г. (Rookes v Barnard), в котором по иску работника деликтом была признана угроза профсоюза устроить забастовку в случае, если работодатель не согласится уволить этого работника за выход из профсоюза. В свою очередь, для обоснования того, что деликтом принуждения считается угроза совершения неправомерных действий, решение 1964 г. ссылается на решение по делу 1793 г. (Tarelton v. M’Gawley).

А дело 1793 г. демонстрирует нам повседневную жизнь английских негоциантов эпохи накопления капитала. Суть его такова. Истец и ответчик торговали с камерунскими туземцами: ответчик законно закупал рабов по лицензии местных властей, а истец промышлял контрабандой, так как не платил пошлину правителю. Туземцы задолжали ответчику, и он не только прекратил с ними торговлю до возврата долга, но и решил помешать им покупать у других. Когда судно истца торговало с каноэ туземцев в прибрежных водах, подошёл корабль, на котором ответчик был капитаном (точнее, master and commander), и пустил ядро для острастки туземцев. Ядро убило одного из покупателей, остальные бежали в ужасе. Истец подал иск о взыскании упущенной выгоды. Ответчик защищался ссылкой на правило, что нельзя подавать иск о препятствии незаконной торговле, но судьи решили, что это правило применимо только к торговле, незаконной по английским законам, а в других землях препятствовать должны лишь местные власти, так что ответчик совершил деликт, тем более, что в целом был намерен препятствовать и законной торговле. Примечательно также, что истец просил у суда разрешения вызывать туземцев для дачи свидетельских показаний о том, что именно угроза ответчика заставила их окончить торговлю, но суд отказал, заявив, что никакие слова негров не могут быть доказательствами.
captain
Отрадно читать про то, как право былых времён шло в ногу со временем и национальный характер отражало без прикрас. Взять хотя бы раскрытие информации перед заключением договора. В XVIII веке английские суды пришли к идее, что у страхователя есть обязанность сообщать обо всех обстоятельствах, которые могут повлиять на расчёт рисков, иначе страховщик сможет отказаться платить. Скажем, в случае морских перевозок следовало раскрывать информацию о грузе, состоянии корабля, пункте назначения, времени отплытия, капитане и т.п. Но из этого требования сразу же появилось важное исключение для исконного промысла: за корсарами судьи признали полное право скрывать и маршрут, и район, в котором они собирались крейсировать. Прекрасное правило, прекрасные времена.
captain
Всегда восхищаюсь тем, как люди играют в правовое решение проблем несмотря на неподходящую ситуацию. Например, в 1572 году о праве и частной собственности не забывал Вильгельм Оранский несмотря на революционную обстановку. В этом году он в очередной раз устроил вторжение в Нидерланды с десятками тысяч набранных в Германии наёмников. Поскольку его солдаты имели склонность к убийствам и грабежам (теоретически, убивали только католиков, но под руку попадали все), то тысячи людей покидали города и бежали на восток, где закон и порядок охраняли войска доброго герцога Альбы (которые тоже были не ангелы, но об этом позже).
Вильгельм тогда сыграл в право как по нотам:
- издаётся ордонанс о том, что Вильгельм всей душой скорбит по поводу учинённых его наёмниками злодеяний, хочет прекратить вражду между католиками и евангелистами, а потому просит всех беженцев вернуться домой;
- в ордонансе есть нюанс: у тех, кто не вернётся в течение двух недель, будет конфисковано всё имущество «во имя Общего Блага»;
- ничего не делается, чтобы унять наёмников, грабежи и убийства продолжаются;
- беженцы почему-то отвергают милостивое предложение Вильгельма и возвращаться не собираются;
- всё имущество беженцев конфисковано, шах и мат, ПРОФИТ.
Чувствуете разницу этого свободного и патриотичного правового процесса по сравнению с деспотичной конфискацией испанцами имущества осуждённых судом мятежников? И готов биться об заклад, что голландским детям в школе подобные эпизоды на уроке истории не рассказывают. Интересно, говорят ли им про немецких наёмников (и будущую помощь Елизаветы) вообще, а то могут и продвигать легенду, что восточные провинции добились независимости руками одних лишь местных патриотов, а немцы и англичане не при чём.

Впрочем, Отцу Нации конфискация не очень помогла. Вскоре его орава, как обычно, в ужасе бежала от небольших отрядов герцога Альбы, деньги кончились, наёмники разошлись по домам, поникло знамя освобождения и всё такое.

Одно из главных удовольствий от чтения исторических книг - это возможность посмотреть на истоки будущих легенд и мифов. Скажем, на то, как Вильгельм Оранский был авантюристом, который вторгался во Фландрию во главе немецких наёмников, охочих до грабежа и насилия. Или на то, как итальянские города-государства предпочитали пойти под руку Габсбургов или Валуа, лишь бы не подчиняться ненавистным соседям-итальянцам, с которым к тому времени имели столетние истории вражды и мести.
Смотришь на это, смотришь, а стоит отвлечься или моргнуть - и ба! всё изменилось: куда ни плюнь, везде национальные герои, освобождение от иностранной оккупации, политое кровью дерево свободы, вот это всё.

(в ближайшее время планирую написать подробнее про Мятеж, а это затравка)
captain
43649-004-9BC0FAEC
«Крестьянская семья», Луи Ле Нэн, ок. 1640г.

Избранные мнения пары историков (все вопросы - к ним) о Европе до индустриализации и радости колониальных доходов (должно быть, идеальной с точки зрения гринписовцев):

Из The Time Traveller's Guide to Medieval England: A Handbook for Visitors to the Fourteenth Century by Ian Mortimer:
В 14 веке дети простого люда вынуждены были начинать зарабатывать свой хлеб с 6-7 лет. С этого же возраста могли быть повешены за воровство. С 15 лет они могли быть призваны на воинскую службу.

В 14 веке лучшим возрастом женщины считались 17 лет, в 25 лет её называли зрелой, а в 35 стареющей. Один из персонажей Чосера назвал тридцатилетних женщин «зимним фуражом». Браки могли заключаться с девочками 12 лет, но консуммация их была возможна двумя годами позже. К 25 годам большинство женщин из хороших семей уже успевали родить 5-6 детей, 2-3 из которых умерли, и овдоветь из-за войн в Шотландии и Франции. Риск смерти при каждых родах составлял 10%.

Из Global Crisis by Geoffrey Parker:
В 16 веке европейские женщины выходили замуж в среднем в 20 лет, и всего рожали 8-9 детей, но некоторые 10 и более. В первой половине 17 века невестам было в среднем 27-28 лет, немногие рожали более троих детей, и всё больше семей оставались бездетными. Более того, четверть детей умирало в свой первый год жизни, а ещё почти половина — до достижения репродуктивного возраста. Голод резко сокращал население не только напрямую, но и потому, что рождалось меньше детей, а у матерей не было молока, чтобы кормить родившихся. Как выразился один французский историк, в 17 веке нужны были двое детей, чтобы сделать одного взрослого.

Читать дальше...Свернуть )
captain
image

Все так поглощены темой заморских яств, что я обнаглею и вспомню частый вопрос, а за что же мне так нравится именно Раннее Новое время. Попробую написать попроще, да не обидятся специалисты.

Ответов много. Например, 14-я причина любить XVI век: конец аристократии как незаменимой военной силы.
Нельзя читать про этот век в вакууме, не вспоминая о том, какой непреодолимой до него была пропасть между богатыми рыцарями и воинами победнее. Деньги и социальный статус родителей давали благородным сэрам питание, снаряжение, свободное время и учителей для тренировок. Выходцы из элиты в среднем были заметно сильнее и буквально на голову выше простых солдат, массово страдавших рахитом из-за недоедания в детстве, а доспехи защищали от смерти намного лучше, чем можно было бы предположить, плюс традиция брать в плен ради выкупа. Нормальное описание итога средневековой битвы — это тщательное перечисление взятых в плен аристократов, убитых любимых коней и редких погибших шевалье (утрирую, но по меркам будущих времён гибли и правда немного). Если убитых рыцарей не было, битву можно было назвать «бескровной», а то и вовсе «ярмаркой». Погибших простолюдинов считали неохотно, если вообще считали, а проблемы некомбатантов вообще были вне этой картины мира. Нормы военного права по большей части действовали только для своих. Их образ мыслей и ценности тоже были совершенно чуждыми для всех вне этой узкой касты. Даже тот самый шевалье де Баярд, которого первым назвали «рыцарем без страха и упрёка», убивал пленных простолюдинов не без удовольствиях.

Потом пошли один за другим тревожные звоночки. Как будто случайности. И вот, наконец, в XIV-XVI вв. пика, мушкет и, главное, колесцовый пистолет окончательно прекратили этот праздник самым некуртуазным образом. Читать дальше...Свернуть )
captain
В статье о кодификации французского частного права в XVI веке (Marie Seong-Hak Kim. Custom, community and the crown. Lawyers and the reordering of the French customary law) бросилось в глаза замечание Франсуа Отмана, одного из лучших тогдашних юристов (жаль лишь, что еретик):
юрист, покидающий альмаматер с отличным знанием университетского ("римского") права, но без знания феодального права и местных обычаев, так же хорошо экипирован для настоящей работы, как если бы отправлялся к американским дикарям.
Не лишено актуальности и в современной квази-феодальной действительности.

Вообще, великолепная статья, сразу поднимающая темы конфликта
- королевского и частного права,
- юристов-теоретиков и юристов-практиков,
- профессиональных мнений и обывательских,
- справедливости и традиции,
- сохранения обычаев и их изменения,
- писаного и неписаного права,
- толкования старых норм и их замены, и т.д.
Целое море извечных юридических дилемм, вместо которых применительно к тогдашней Франции у нас обычно рассказывают разве что о "Кутюмах Бовези". Современные переживания типа "О боже, у ВС и ВАС по ряду вопросов разные толкования!" вызвали бы у юристов того времени горький истерический хохот. Пять-шесть противоречащих друг другу мнений пересекающихся юрисдикций не хотите ли?
Полный перевод вряд ли кому-то будет нужен, но для себя подробный конспект сделаю, т.к. в обилии информации замечаю: что не законспектировал, то на 50% забыл.

Ещё один нюанс: по ходу чтения только усилием воли напоминал себе, что на фоне описываемых высокоинтеллектуальных обсуждений, трактатов и публичных дискуссий по каждой мелочи во Франции шла гражданская война, в ходе которой одни люди кидали с парапетов в ров раненых пленных, а вторые заходили в дом к первым и убивали их жён и детей. Никакого влияния войны на процесс кодификации в статье не отмечено.
27-июл-2014 02:42 pm - Сказка о двух братьях
Duke of Alba
Pauwels_van_Hillegaert_-_Het_afdank
Pauwels van Hillegaert. Разоружение 'waardgelders’ (наёмников городского магистрата) после кампании принцем Морицем в Утрехте, 31 июля 1618 г.

В феврале 1567 года Амстердам был на пороге гражданской войны. После прогремевших в Нидерландах иконоборческих бунтов правительство опомнилось и взяло ситуацию под контроль. Городским кальвинистам приказали освободить церковь во францисканском монастыре, в которой они проводили свои службы. Три роты городской милиции были расформированы, а бургомистры-католики получили от правительства полномочия на вербовку трёх сотен наёмников в добавок к уже нанятым двум сотням.
Амстердамские кальвинисты решили, что эти меры слишком сильно изменят баланс сил, и что без защиты местной милиции им больше не дадут отправлять религиозные службы. Бюргеры боялись, что чиновники с опорой на наёмников откроют ворота правительственной армии, изгонят кальвинистов и казнят сто или двести граждан. Эти слухи, неизвестно кем распространённые, вызвали мятеж, в котором приняло участи почти всё взрослое население Амстердама. Численность мятежников современники оценивали в восемь или девять тысяч человек. Они захватили контроль почти над всем городом. Кальвинисты были среди них меньшинством (в тот период протестантская ересь распространялась прежде всего по южным провинциям, которые в будущем остались испанскими, а не по северу Нидерландов) — большинство составляли обычные католики, которые хотели защитить право городского сообщества регулировать религиозные дела. Как это хорошо показал Джеймс Трэйси, сам Мятеж начали вовсе не истовые протестанты, а именно католики, и причиной был вопрос о соотношении юрисдикции городов и центрального правительства.
Сторонники магистрата насчитывали не более двух тысяч человек. Они тоже взяли оружие и заняли центральную площадь Дам, чтобы помочь наёмникам защищать городскую ратушу.

«Никогда не был город настолько разделён, — писал в своих мемуарах Лауренс Якобзон Реаль (один из главарей кальвинистов, купец, владелец таверны «В золотом реале» (нидерл. In den gouden Reael), поэт-любитель, потом стал известен как автор сборника стихотворений «Песни гёзов»). — Можно было видеть, как отец присоединяется к одной стороне, а сын к другой; один брат шёл на площадь Дам, а другой к бюргерам. Два брата в одном доме помогали друг другу надевать доспехи. Один из них спросил:
— Брат, куда ты пойдёшь?
— На площадь Дам, — отвечал тот, — к старым католикам.
— А я, — сказал первый, — пойду к самым старым католическим христианам из всех [т.е. к кальвинистам] на улицы, но если дойдёт до сражения, не давай мне пощады; я тебя щадить не буду».

Читать дальше...Свернуть )
captain
Текст, который я хочу процитировать ниже, был написан 5 февраля 1490 г. послом Бернардином Империалом в донесении для своего господина, герцога Миланского. Ярко и подробно господин Бернардин рассказал о событии, которое было обычным для тех мест, в которые его отправили. Тем не менее, подобные тексты изучались правителями с живейшим интересом. Речь в донесении шла о том, как выступала в поход армия Цюриха против Санкт-Галлена, но важен был не сам конфликт. После побед над самоуверенным бургундским герцогом швейцарцев стали объектом самого внимательного изучения со стороны государей, которые задумывались о будущем военного дела…

«…И тогда все они выступили в походном строю. Первыми ехали верхом двенадцать хорошо одетых благородных мужей, вооружённых арбалетами, затем двое рыцарей и несколько сапёров с топорами, а также несколько барабанщиков. Далее следовала рота в 500 длинных пик, прекрасно вооружённая, возглавляемая сыновьями рыцарей и марширующая по трое ровными рядами. За ними пешком шли 200 аркебузёров и 200 алебардщиков, тамбурмажор и флейтисты, за которыми нёс Флаг пеший человек, выглядящий поразительно. Со знаменосцем были для придворных церемонимейстера с должностными жезлами, и каждый с властью помещать правонарушителя в тюрьму без обсуждения. Далее следовал палач с тремя помощниками и шесть проституток, выбранных и оплаченных городом.
Ещё 400 алебардщиков шли за ними, самые сильные и лучше всех вооружённые, ибо им поручена была защита флагов. Их оружие напоминало густой лес. 400 арбалетчиков, включая детей дворян и собранных из всех классов людей гордо ступали далее. За ними, в свою очередь, шли многочисленные пикинёры. Всего войско насчитывало 4000 человек и включало людей из многих окружающих мест, а также более двадцати барабанщиков.
За основными силами верхом ехали трое трубачей, одетые в цвета Цюриха. Сразу за ними был капитан и рыцарь, Конрад Швенд, верхом, отлично снаряжённый, с оружием, украшенным золотыми знаками, с церемониальным должностным жезлом и венком цветом на голове. За ним, все верхом, были валет, чьё копьё и щит несли золотой герб капитана, шесть телохранителей с копьями у бедра и двенадцать арбалетчиков. Вся армия имела белые кресты на своих доспехах, шапках или чулках. После капитана ехал ещё один рыцарь, чьей задачей было поддержание порядка в поле, в сопровождении других всадников с копьями и арбалетами, в одинаковой одежде. Затем следовали около 30 повозок с боеприпасами и четыре больших пушки, от 50- до 60- или 70-фунтовых. За войском Цюриха шли остальные войска Конфедерации. Это была большая и готовая к бою армия.»

Даже не знаю, что лучше: отобранные городом и оплаченные куртизанки или венок из цветом на голове командира...

swiss

Немного о самом конфликте и доброте протестантскойСвернуть )
Tywin Lannister
Как мы с alwin уже не раз обсуждали, «история международных отношений» и нормальная академическая история существуют в разных, мало соприкасающихся вселенных. Читаем, например, современный пласт исследований Тридцатилетней войны и Вестфальского мира, затем открываем книги по IR в части завываний о невероятном значении Вестфальского мира и ржём в голос. Откровенно говоря, литература по IR со стороны выглядит вообще не историей, а пучком концепций с массой придуманных с неба терминов, с общей целью оправдать некие современные реалии методом "культа предков". Это нормально: в конце концов, даже в 16-17 вв. для оправдания почти любого нововведения придумывали обоснование со ссылкой на опыт древних, разной степени фантазийности.

Ещё одна излюбленная псевдоисториками тема — Маккиавелли. Значение его книге придаётся порой ну совсем уж непомерное, но объективно замерить её влияние как-то не получается. Большая часть пишущих о значении «Государя» даже не пробуют привести доказательства того, кто из правителей действительно кинулся его читать в первых рядах. Но главное, что используется метод поиска революционных изменений через искажение предшествующих обстоятельств (так, многие тезисы о Военной Революции 16-17 вв. основаны на игнорировании реалий военного дела даже 15 в., не говоря о Средних веках). Нам предлагают поверить, что парни в коронах руководствовались иррациональными идеями, но вдруг прочли мудрого флорентийца, воскликнули «Вот оно как можно, оказывается!» - и пошли править цинично и прагматично. Но нет же, не заметно этого. Изменения в политике и дипломатии происходили не так уж прямолинейно.

Читать дальше...Свернуть )
captain
Я человек приземлённый, поэтому о роли национализма в Истории и его пользе в политике рассуждать не умею. Но вот в истории от него найти бы противоядие.
С позитивным национализмом (т.е. помогающим заурядному менеджеру Бобу поднимать самооценку памятью о том, как его далёкие предки превзошли соседние племена в умении орудовать каменными топорами) ещё можно смириться.
С негативным национализмом (т.е. помогающим заурядному менеджеру Бобу поднимать самооценку памятью о том, как над его далёкими предками соседние племена совершили Непотребство) уже сложнее. Вот простой пример. Есть устойчивая история о том, как в ходе ирландской кампании кровожадные и беспощадные «железнобокие» по приказу Кромвеля после взятия Дрогеды вырезали не только гарнизон, но и десятки тысяч мирных жителей. Есть современный историк Том Райли (как ни странно — ирландец и житель Дрогеды), который пошёл против национального мифа и написал книгу Cromwell: An Honourable Enemy о том, что несмотря на обильную пропаганду во вторичных источниках свидетельств резни в первоисточниках и археологии нет, равно как и соответствующего приказа Кромвеля (зато были приказы соблюдать дисциплину и казни солдат за кражу куриц у ирландцев). Райли пишет, что во время взятия, конечно, отдельные мирные жители попали под горячую руку, но хладнокровной зачистки всего города не было (ну а гарнизону и так ничего не светило по тогдашнему военному праву).
Естественно, ирландские историки раскритиковали книгу в пух и прах, а несколько видных английских историков её наоборот похвалили. Райли обиделся и теперь собирается сделать второе издание, с приложением всех источников. Где правда? А чёрт его знает. С одной стороны, методология у Райли и правда может страдать, но, с другой стороны, в XVI-XVII вв. религиозно-национальная пропаганда тему мученичества раскручивала на полную катушку, а его современным критикам слишком уж важно, чтобы последствия некомпетентности их предков, не сумевших защитить город, были поистине ужасными. В итоге объективных людей среди спорщиков как-то не видно. Лишь проведя точно такое же исследование источников самостоятельно можно сделать собственный вывод.
Но самому копаться в этом особого желания и нет, потому что на самом деле всем, кроме пламенных патриотов с обеих сторон, довольно безразлично, что именно произошло после штурма. Our Chief of Men, как его звал Мильтон, в любом случае не станет менее притягательным для изучения. И да простят меня космополиты, но резня в чужом городе всё же не так сильно бросает тень на образ политика, как уничтожение своих сограждан.

Рациональным было бы штамповать книги, чтобы не смущать читателя: мол, вот это объективное исследование sine ira et studio, а вот это — вовсе не наука, а инструмент сплачивания нации на основе былых обид. И каждый мог бы делать осознанный выбор в магазине. А то нынче пока не проведёшь небольшое исследование личности автора, на некоторые темы книги покупать страшно. Ведь никакие внешние признаки не спасут — способов манипуляции цитатами и ссылками придумано много, так что на самом деле без самостоятельного изучения основное значение имеет личный авторитет автора как человека аккуратного и порядочного.
23-сент-2013 12:00 pm - Люди с "Мэри Роуз" - 2
captain
Продолжим читать Анну Стирланд, исследовавшую останки команды "Мэри Роуз".
Первая часть

О рационе:
В 1565 г моряки получали стандартный паёк, рассчитанный по цене исходя из 4,5 пенсов на день стоянки в порту и из 5 пенсов на день в море. В него входили: галлон пива и фунт хлеба каждый день (свежий хлеб в порту и сухари в море); в четыре мясных дня недели — два фунта свежей говядины, полфунта солёной говядины или полфунта бекона; в три рыбных дня — четвертина вяленой трески или четыре селёдки. Также полагались 4 унции масла и полфунта сыра. Когда была возможность, люди самостоятельно дополняли свой рацион свежими фруктами и овощами.
Археологические свидетельства показали, что мясо на корабле состояло из говядины и свинины, а также одного оленьего окорока, который, видимо, предназначался для офицеров. Говядина была заготовлена в соответствии с Королевскими Правилами и состояла полностью из плоских костей без костного мозга. Вся она была высокого качества, с молодых животных. Была одна бочка со свининой, в которой были длинные кости с костным мозгом, а также позвоночник и рёбра. Большие запасы свинины и ветчины, разделанные на четвертины, были найдены в трюме. Всё мясо было засолено. Рыбные запасы состояли из вяленой трески без голов. Надены были также бочки с косточками слив и винограда. Доказательства другой еды, например хлеба, сухарей, пива, масла и сыра, не сохранились.
Исследование костей показало, что люди с «Мэри Роуз» страдали от недоедания в детстве. Это неудивительно. Большая их часть родилась в 1520-е, когда голод особенно сильно зверствовал в Англии, особенно сильнейший зимний голод 1527-1528 гг. Некоторые страдали от недоедания и во взрослом возрасте, но после этого состояние костей улучшилось, что показывает изменение рациона. В целом команда оказалась намного здоровее, чем их современники, их кости больше и крепче.

О зубах:
Читать дальше...Свернуть )
This page was loaded ноя 16 2019, 12:25 am GMT.