?

Log in

No account? Create an account
antoin
Cry 'Havoc!', and let slip the dogs of law!
antoin — криминал — ЖЖ 
captain
Всегда восхищаюсь тем, как люди играют в правовое решение проблем несмотря на неподходящую ситуацию. Например, в 1572 году о праве и частной собственности не забывал Вильгельм Оранский несмотря на революционную обстановку. В этом году он в очередной раз устроил вторжение в Нидерланды с десятками тысяч набранных в Германии наёмников. Поскольку его солдаты имели склонность к убийствам и грабежам (теоретически, убивали только католиков, но под руку попадали все), то тысячи людей покидали города и бежали на восток, где закон и порядок охраняли войска доброго герцога Альбы (которые тоже были не ангелы, но об этом позже).
Вильгельм тогда сыграл в право как по нотам:
- издаётся ордонанс о том, что Вильгельм всей душой скорбит по поводу учинённых его наёмниками злодеяний, хочет прекратить вражду между католиками и евангелистами, а потому просит всех беженцев вернуться домой;
- в ордонансе есть нюанс: у тех, кто не вернётся в течение двух недель, будет конфисковано всё имущество «во имя Общего Блага»;
- ничего не делается, чтобы унять наёмников, грабежи и убийства продолжаются;
- беженцы почему-то отвергают милостивое предложение Вильгельма и возвращаться не собираются;
- всё имущество беженцев конфисковано, шах и мат, ПРОФИТ.
Чувствуете разницу этого свободного и патриотичного правового процесса по сравнению с деспотичной конфискацией испанцами имущества осуждённых судом мятежников? И готов биться об заклад, что голландским детям в школе подобные эпизоды на уроке истории не рассказывают. Интересно, говорят ли им про немецких наёмников (и будущую помощь Елизаветы) вообще, а то могут и продвигать легенду, что восточные провинции добились независимости руками одних лишь местных патриотов, а немцы и англичане не при чём.

Впрочем, Отцу Нации конфискация не очень помогла. Вскоре его орава, как обычно, в ужасе бежала от небольших отрядов герцога Альбы, деньги кончились, наёмники разошлись по домам, поникло знамя освобождения и всё такое.

Одно из главных удовольствий от чтения исторических книг - это возможность посмотреть на истоки будущих легенд и мифов. Скажем, на то, как Вильгельм Оранский был авантюристом, который вторгался во Фландрию во главе немецких наёмников, охочих до грабежа и насилия. Или на то, как итальянские города-государства предпочитали пойти под руку Габсбургов или Валуа, лишь бы не подчиняться ненавистным соседям-итальянцам, с которым к тому времени имели столетние истории вражды и мести.
Смотришь на это, смотришь, а стоит отвлечься или моргнуть - и ба! всё изменилось: куда ни плюнь, везде национальные герои, освобождение от иностранной оккупации, политое кровью дерево свободы, вот это всё.

(в ближайшее время планирую написать подробнее про Мятеж, а это затравка)
captain
Сам я на эти темы читать и писать давно расхотел, но интересующимся дружески рекомендую небольшие заметки:
http://tanrah.livejournal.com/13195.html
http://tanrah.livejournal.com/13327.html
http://tanrah.livejournal.com/13777.html
We Do Not Sow
Продолжим некогда описанные здесь темы убийства кондотьеров, писем Франческо Сфорцы и смены места работы.


Antonio Benci, Antonio del Pollaiolo. Studio per un monumento equestre a Francesco Sforza, 1482-1483.


Прошлый раз я забыл упомянуть, что помимо наёмных убийц и приглашений на пир (с неприятным сюрпризом вместо десерта) в ренессансной Италии был в ходу и более интересный способ устранения неудобных вояк, чуть ли не самый надёжный из всех: казнить их руками их же работодателя, за измену. При этом измены часто оказывались ложными, а огрехи в доказательствах работодатели могли и не заметить в радостной эйфории от подтверждения своих параноидальных подозрений.

Например, самый успешный кондотьер Франческо Сфорца однажды таким образом неплохо отомстил паре своих капитанов. Речь идёт о том случае, когда с его службы убежали к королю Альфонсо Неаполитанскому Пьетро Бруноро, командовавший всей пехотой Сфорцы, и Троило Орсино. Платить каким-то живодёрам, чтобы те вульгарно зарезали беглецов и прислали по почте их уши? Фу, это же как минимум неинтересно! Несколько умело подделанных писем, подброшенных в правильные места — и пара товарищей вместо нового места работы, зарплаты и соцпакета получили десятилетний отпуск в испанских темницах. Как вы догадываетесь, с шекспировским изяществом Сфорца обеспечил получение Альфонсо фальшивых писем Бруноро и Орсино, в которых те якобы собирались предать своего нового работодателя. Так что десять лет — это было гуманно, обычно в таких случаях кондотьеры лишались головы, причём по сей день мы так и не знаем, сколько вменяемых им предательств были настоящими, а сколько — не очень.
30-мар-2011 03:04 pm - Assassin's Creed
Duke of Alba


В истории Италии Ренессанса поражает не столько обилие покушений и наёмных убийц, сколько потрясающая неэффективность этих покушений. Например, можно ли просчитаться сильнее, чем просчитался известный тиран и маньяк Висконти, отправивший киллеров за головой Карманьолы?
Этот великий кондотьер был сильно обижен работодателем, а потому в 1425 году решил перейти из фирмы «Милан» в фирму «Венеция». Герцог Милана послал вслед за Карманьолой целый взвод наёмных убийц, но их раскрыли и уничтожили в Тревизо. В результате вышло совсем не так, как мечталось Висконти: во-первых, Карманьола уверился, что очень мудро было перестать работать на Милан, а во-вторых, венецианцы получили живейшее (точнее, мертвейшее) доказательство искренности намерений Карманьолы.
К чести Висконти, он немедленно сменил тактику и стал с настойчивостью спамера слать к Карманьоле гонцов, предлагающих кругленькую сумму за возвращение на работу. Карманьола не говорил ни да, ни нет, но возвращаться не спешил. К чести венецианцев, когда им надоело гадать, убежит от них Карманьола в Милан или нет, они не стали играть в ассассинов и в 1432 году просто схватили кондотьера, посадили в тюрьму, быстренько судили за «затягивание кампании» и казнили. Так и потерял голову этот небесталанный полководец из-за венецианского мнения, что загадочность идёт только женщинам, а не кондотьерам.
А вот с наёмными убийцами Венеции тоже не очень везло. Этот самый Висконти был мишенью многочисленных неудачных покушений, организованных венецианским Советом Десяти, что далеко не пошло на пользу врождённой паранойе герцога. В 1431 году, например, Совет Десяти организовал испытания предназначенного для Висконти яда на свиньях, а кто-то про эти испытания всё разболтал до уровня, что будущее покушение обсуждали на площадях. Совет Десяти посоветовался и решил, что в таких обстоятельствах покушение лучше вообще отменить, Висконти и так уже сидит и боится. Позже Совет Десяти провёл такую же неудачную серию попыток укокошить Франческо Сфорца в бытность того сначала миланским кондотьером, а потом миланским герцогом. Дошло до таких высоких достижений науки, как специальные шарики, которые надо было бросить в огонь для выделения смертельного газа. Этот эффект исследовали в венецианской тюрьме на осуждённом к смерти, дали добро на ассассинацию, но Франческо Сфорца всё равно каким-то образом остался жив и невредим, как и многие другие предполагаемые жертвы покушений. Сюда просится фраза со словами «вопиющая некомпетентность», но я не буду её придумывать.

Всё это наводит на мысль, что наёмные убийцы в то время были на самом деле членами одной и той же разветвлённой организации мошенников, присваивающих деньги наивных нанимателей (мнение «удачные покушения настолько хороши, что никто не догадывается, что это дело рук наёмного убийцы» слишком скучно и потому отметается). Становится ясно, почему многие достойные люди в то время предпочитали более надёжные методы, вроде «скопом пригласить ничего не подозревающих врагов на обед, а после подачи десерта устроить им всем тотальный нибелунген».

Ранее - Висконти и Пиччинино

Да, сразу прошу всех, кто любит при виде слова «кондотьер» или «наёмник» устраивать оффтоп на тему «наёмники это хорошо или плохо?», поберечь силы. Всё что могло быть сказано на этот счёт, уже сказано, поэтому такие оффтопы будут удаляться в интересах общества ненавистников дежа-вю.
captain
Томас Уилсон. «Рассуждение об излишке». 1572 год.
«Проповедник: ...Кража считается столь отвратительной среди некоторых народов, что люди скорее будут голодать, чем воровать, а в Англии тот, кто может ограбить человека на большой дороге, считается отважным парнем.
Юрист: У всех стран свои недостатки, и я не могу извинить Англию, но всё же я не буду так обвинять свою страну, будто она хуже других. Фламандцы и немцы больше прочих предаются пьянству. Итальянцы склонны мстить за несправедливость с помощью убийств и грешат столь ужасными способами, что их и назвать нельзя... Французы подвержены яростной безрассудности и желанию вмешиваться во всё по поводу и без. Испанцы наделены невыносимой гордыней и презрением ко всем другим. У португальцев слишком много суеверной религиозности и простодушия. Шотландцы склонны к хвастовству и лжи. Англичане чаще выказывают обжорство, чем гостеприимство, а ещё они любят совершать грабежи, чтобы показать свою отвагу, и измены, из желания новшеств».

[Письмо от ] Тайного Совета к Лорду Хранителю и Лорду Казначею.
«Её Величество известили о многочисленных разбоях на дорогах, которые в последнее время совершаются в различных частях страны, и что обычным делом для грабителей стало носить пистолеты, каковыми они или сразу убивают перед тем, как ограбить, или наводят на её подданных такой страх, что те не осмеливаются сопротивляться. Их лордств просят принять такие меры, какие могут быть необходимы, чтобы устранить эти преступления... Виндзор, 4 декабря 1575 года» (Елизавета I с 1575 по 1600 год издала четыре указа о запрете ношения пистолетов, каждый в более сильных выражениях, чем предыдущий).Читать дальше...Свернуть )
15-июл-2010 09:29 am - 600 лет
captain
«Солнце клонилось к закату. Прошёл короткий, но обильный дождь и прибил пыль. Король, Витовт и Зындрам из Машковиц собирались ехать на побоище, когда начали свозить тела павших вождей. Литвины принесли исколотое сулицами, покрытое пылью и кровью тело великого магистра Ульриха фон Юнгингена и положили его перед королём, который вздохнул с сожалением и, глядя на огромный труп, лежавший навзничь на земле, произнёс:
— Это тот, кто ещё сегодня утром мнил себя превыше всех властителей мира.
<...>
А тем временем слуги несли все новые и новые трупы, которых опознавали пленники. Принесли тело великого комтура Куно Лихтенштейна, у которого горло было страшно рассечено мизерикордией, маршала ордена Фридриха Валленрода, великого ризничего графа Альберта Шварцберга, великого казначея Томаша Мерхейма, графа Венде, который пал от руки Повалы из Тачева, и более шестисот прославленных комтуров и братьев. Слуги укладывали их в ряд, и трупы лежали, словно срубленные стволы, обратив к небу белые, как их плащи, лица с открытыми остекленевшими глазами, в которых застыли гнев и гордыня, боевая ярость и страх.
В голове у них водрузили захваченные хоругви — все до единой!! Вечерний ветерок то свивал, то развивал цветные полотнища, и они шумели, словно навевая павшим сон. Вдали, в отблесках зари, было видно, как литовские отряды тащат отбитые пушки, которые крестоносцы впервые применили в открытом сражении, но которые не причинили победителям никакого урона.
На холме короля окружили славнейшие рыцари; тяжело дыша от утомления, смотрели они на хоругви и трупы, лежавшие у их ног, как усталые жнецы смотрят на сжатые и связанные снопы. Тяжёл был этот день, и страшна была эта жатва, но наступал великий, благословенный, радостный вечер.
<...>
А король, хоть и постигал умом, сколь тяжкое поражение нанесено немцам, все же глядел изумлённо и наконец воскликнул:
— Ужели здесь лежит весь орден?
Подканцлер Миколай, который знал пророчество святой Бригитты, произнёс в ответ:
— Пришло время, и выбиты зубы их и отсечена правая рука!!
Затем он поднял руку и стал благословлять и тех, что лежали поближе, и все поле битвы между Грюнвальдом и Танненбергом. Пылала заря; воздух стал прозрачен после дождя, и кровавое побоище было видно как на ладони, необъятное, дымящееся; повсюду виднелись горы конских и человеческих трупов, торчали обломки копий, рогатин и кос, руки, ноги, копыта; усеянное десятками тысяч тел, скорбное поле смерти простиралось далеко-далеко, исчезая на горизонте из глаз».


(задача изваять фентези-Витовта выполнена на 5)


P.S. У кого-нибудь есть изображение флага гродненской хоругви?
Dragoon
Сэр Джон Фортескью упомянул разбойников в трактате «Управление Англией» (1471-1476) в контексте спора о наилучшем способе правления. Фортескью выступал против тезиса, что в интересах короля установить высокие налоги, сделав население бедным и покорным. Аргументы патриотичного сэра Джона состояли в том, что «здесь вам не Франция»:
«Не в бедности причина того, что простолюдины Франции не восстают против своего господина. ...но в трусости, малодушии и отсутствии мужества, которое не присуще ни одному французу так, как англичанину. В Англии часто случалось так, что три или четыре вора из-за бедности нападали на шестерых или семерых честных людей и грабили их всех. Но никогда не было во Франции так, чтобы шесть или семь воров отважились ограбить трёх-четырёх честных людей. В результате, очень редко французов вешают за грабёж, ибо у них не хватает смелости на такое ужасное дело. Поэтому больше людей вешают за разбой и убийства в Англии за год, чем во Франции за семь лет. Ни одного человека не повесили в Шотландии за разбой за последние семь лет, зато их часто вешают за воровство, за кражу имущества в отсутствие собственника. Но им духа не хватает взять имущество человека, если он присутствует и готовится защищаться, то есть вид хищения, называемый грабежом. А англичанин имеет мужество иного сорта, ибо если он беден и видит у другого богатство, которое можно отнять силой, он сделает это без жалости, разве что этот бедняк исключительно честен».

Не слишком верится, что во Франции и особенно Шотландии мало грабили, но оставим это на совести Фортескью. А вот один венецианский дипломат, будучи иностранцем, почему-то не смог восхищаться удивительными качествами национального характера туземцев и заявил, что «...нет ни одной страны в мире, где было бы столько воров и разбойников, как в Англии; их так много, что мало кто осмеливается путешествовать по стране в одиночку, кроме как средь ясного дня, и ещё меньше ходят по городам ночью, особенно в Лондоне». («Описание острова Англии», 1497).

Интересно, что именно в XV веке в Англии бешеной популярностью стали пользоваться истории о Робин Гуде, великодушном разбойнике, который периодически выручает попавших в беду. Только вот в то время ещё ни слова не говорилось о том, что он грабит богатых, чтобы отдавать деньги бедным.

Ранее: разбойники XIV века.
captain
«Заметьте, что среди всех народов только англичане могут благодарить Господа за особую привилегию, ибо говорят, что Ирландия и Уэльс переполнены разбойниками, которые воруют у своих соседей коров, волов и прочий рогатый скот, за что их и зовут открыто «разбойниками». Но в Англии — восхвалим Господа — всё не так. Что мы находим вместо этого? Среди нас джентльмены зовутся «шавелдурами»[сленг, означает банды землевладельцев-джентри, которые промышляют набегами и разбоем] и «рифелурами» [сленг, означает разбойников], ибо такие люди врываются в сокровищницы богатых, забирают имущество, угоняют стада, грабят священников, и не испытывают угрызений совести. Вместо того, они очень счастливы, когда удаётся ограбить аббата, приора или другого монаха, и они говорят: «Несомненно, это была Господня воля, что этот крестьянин, монах или фра повстречал нас сегодня». Им кажется, будто чтобы они ни делали, они поступают справедливо и разумно. И потому они не делают ничего, для чего они не могут найти оправдания, которое покажется подходящим в результате лживого притворства или искажения». (Неизвестный францисканский монах, 1317 г.)

Видимо, этот монах взял в руки перо, повстречав кого-то вроде сэра Роберта де Райдуэра, который в 1342 году прославился тем, что вместе с бандой рыцарей ограбил пару купцов из Личфилда. Сегодня такое явление называют «преступлениями меховых воротников» (fur-collar crimes) по аналогии с современными преступлениями «белых воротников».Читать дальше...Свернуть )
captain
Мы часто читаем, что на 1820 год в Англии смертной казнью могли наказываться 222 преступления. Но, коллеги, будем хотя бы в своём кругу выражаться юридически правильно. 222 — это, конечно, много (и неслучайно исполнялось только около 20% вынесенных приговоров), но надо помнить, что появление такой цифры больше связано не с ужесточением уголовного законодательства, а с его детализацией. Т.е., наряду с простыми составами преступления выделялось всё больше квалифицированных составов, например, различали 7 видов поджогов. Так что при кодификации по правилам современной юридической техники, включая простые и квалифицированные составы в одну статью и выделяя их не казуально, а системно, мы бы получили сильно меньше «пеньковых» статей, чем 222, и сильно меньше квалифицированных составов в отдельных статьях.
15-янв-2010 12:12 pm - Кошелёк или жизнь
Dragoon


Из анонимных листков, напечатанных в 1712 году и продававшихся по пенни за штуку:

«Благоразумие людей низкого сословия было примечательно во все времена, но никогда более, чем в наше время, что вы сейчас узнаете из нижеследующего рассказа. В Шафтсбери в Дорсетшире некто Натаниэль Сигер, пивовар, в субботу 2-го февраля взял лошадь, чтобы отправиться на ярмарку в Бландфорде, расположенную в 12 милях, где он собирался купить зерно, как обычно. Но он не добрался дальше поля, примерно в 2 милях от дома, прежде чем разбойник его атаковал и приставил пистолет к его груди со словами «Ты, проклятая старая собака, а ну слезай с коня и доставай деньги!». Весьма испугавшись, мистер Сигер кинул разбойнику три пенса серебром. Тому это не показалось достаточным, и он опять повторил прежнее требование, а кроме того достал шпагу и ранил мистера Сигера в левое плечо. После это Сигер полез в карман и достал ещё 24 гинеи, с которыми разбойник и ускакал довольным, оставив мистера Сигера лежать и истекать кровью.
Вскоре на дороге показался Джозеф Ридер, мельник, едущий верхом, насвистывая по своей привычке. Увидев мистера Сигера в таком положении, он спросил, что случилось, и пивовар коротко рассказал о грабеже. Джозеф тогда сказал: «Господин, одолжите мне вашу лошадь, поскольку она лучше моей, а я постараюсь схватить негодяя». «Он только что скрылся из вида, — сказал мистер Сигер. — На нём длинный синий плащ и он едет на гнедой лошади». И Джозеф поскакал, заверив пивовара, что схватит разбойника, если только дьявол не утащит его первым.
Если коротко, то не прошло много времени, как Джозеф нагнал разбойника, который по его приближении выстрелил из пистолета, и лишь немного промахнулся, так как пуля пролетела сквозь складки плаща. Не утратив мужества, Джозеф продолжил преследование и снова нагнал разбойника. Тот выстрелил опять, и опять промахнулся. После этого Джозеф мудро решил, что у разбойника больше нет заряженного оружия, подскакал и сбил его с коня доброй дубовой палкой, которую имел при себе, а потом победил, поскольку мельник был намного сильнее разбойника. К тому времени, как драка закончилась, подъехал мистер Сигер и увидел разбойника распростёртым по земле. Мельник сказал: «Посмотрите, этот ли разбойник на вас напал? Проверьте его карманы и заберите деньги». Мистер Сигер вернул отнятое. Теперь надо было решить, что делать с разбойником. В итоге они решили, что мистер Сигер должен идти и перевязать раны, и послать своих слуг с другими людьми, чтобы помочь мельнику отвести разбойника к судье. С этим мистер Сигер отправился, попросив мельника крепко держать разбойника, пока не подоспеет подмога. Но как только он скрылся из виду, в башку мельника внезапно пришла мысль, что если этот разбойник полежит и отдохнёт, то сможет наброситься на него, и тогда мельник потеряет сорок фунтов, положенных за поимку разбойника. Поэтому он решил для пущего спокойствия повесить преступника самостоятельно. Он стащил с разбойника пояс,сделал петлю и хорошенько вздёрнул его на дереве, пока он не стал «мёртв, мёртв, мёртв».
Тут подоспели слуги пивовара вместе с жителями Шафтсбери и спросили, а где же разбойник. Мельник сказал «У меня он так же надёжно задержан, как вор на мельнице: посмотрите за тем деревом». Они обнаружили, что разбойник уже совершенно мёртв. Но дальше всё пошло не так, как мельник ожидал, ибо вместо сорока фунтов, которые он ожидал в качестве награды, его привели к судье Коукеру и заключили в Дорчестерскую тюрьму. Однако мистер Сигер ходатайствовал за него на суде ассиза, и он был оправдан. Суд вызвал большое количество обсуждений у слышавших о нём, и поскольку, как говорят, там было немало дворян, они собрали сообща для мельника не менее тридцати фунтов в качестве поощрения».

Вот так эксплуататоры одобрили бесчеловечную расправу над человеком, которого огораживание довело до отчаяния и толкнуло на ремесло разбойника, чтобы хоть как-то прокормить семью и раздавать остальное неимущим.
14-дек-2009 05:06 pm - Update
captain
Слегка расширил пост с жаргоном английских преступников за счёт Адмирала Узких Морей, Ирландской красотки, Испанского костра и прочих мудрецов из Готэма.
Dragoon
Первым словарём английского преступного жаргона считается словарь, составленный Томасом Харманом. Он был опубликован в двух его книгах: «Предупреждение судебным приставам» (1567) и «Основы ловли кроликов, французский язык коробейников и способ понимать это в хитрых уловках жульнических речей: здесь разбираются козни мошенников, ухищрения ловкачей и хулиганов, обманы попрошаек, придумки воров, прозвища низких празношадающихся никчёмных людей и хитрости каждого чернокнижника, с порицанием всех дьявольских делишек. Написано мировым судьёй, имеющим большой авторитет, который исследовал множество этих вещей» (1597) (ловля кроликов — conny-catching — мошенничество, французский коробейников — pedler's French — жаргон преступников).
Томас Деккер, писатель пьес и памфлетов, опубликовал словарь Хармана в конце своей книги «Английские преступления» (1608), содержащей описание лондонских тюрем (Деккер сам имел опыт заключения в них за долги). Среди приведённых Деккером словечек были, например, вот такие:
Носить лечебные кольца (имеются в виду благословенные королём кольца и перстни, излечивающие от судорог) — носить кандалы.
Обманщик Кен — дом, где можно спрятать украденное.
Кен-джентри — дом дворянина.
Кен-выпивоха — кабак.
Клевок голубя — бекон.
Головорез — Дьявол.
Роджер или Тиб-кладовщица — гусь или гусыня.
Суетиться — проводить время с женщиной.
Марджери-болтушка — курица.
Звякнуть — умереть.
Натянуть канат — напиться.
Дружеская беседа — виселица.
Поднять сук — ограбить палатку на ярмарке.
Бормотать — спрашивать.
Молоть зерно — воровать.
Факельщик — день.Читать дальше...Свернуть )
15-ноя-2009 02:23 pm - 72 000 Генриха VIII
captain
Когда речь заходит о Генрихе VIII многие любят говорить, что он казнил 72 000 человек. Особенно эта цифра нравится тем, кто пытается доказать исключительное милосердие Ивана Грозного по сравнению с современниками (хотя сравнение зверств, имхо, затея совершенно бессмысленная).

Но хочется напомнить, откуда эта цифра взята. В 99% случаев называющие её вообще не приводят источника или переписывают друг у друга. В 1% ссылаются на Холиншеда, издавшего свою хронику через четверть века после смерти Генриха VIII.

А на самом деле писал это не Холиншед, а его коллега Уильям Харрисон в книге 1557 года (http://books.google.co.uk/books?id=4qwDICPz6OoC&pg=PA193&dq=), который ссылался на итальянского астролога Джироламо Кардано, который в свою очередь ссылался на епископа Лисьё. Более того -- речь шла не об абстрактных казнях, а о том что якобы 72 000 - это только бродяги и воры, казнённые в последние два года правления Генриха VIII, т.е. в 1546-1547 (жёны и политические враги нот инклюдед). По мнению Харрисона, что интересно, казнить этих негодяев было правильно, и хорошо бы казнили больше, а то после смерти Генриха совсем спасу не стало от бандитов.

Для справки, 72 тысячи это полтора тогдашних Лондона, а всего в Англии тогда было около 3 млн. А акт, предусматривавший увечье при рецидиве бродяжничества и смертную казнь при третьей поимке действовал только с 1536 по 1542г. (C. S. L. Davies. Slavery and Protector Somerset; The Vagrancy Act of 1547. // The Economic History Review, New Series, Vol. 19, No. 3 (1966), pp. 535), плюс по нему для признания человека бродягой все три раза нужно было предложить ему нормальную работу со среднерыночной зарплатой, и только если он отказывался, а три добропорядочных человека подтверждали, что он бродяжничает и побирается, он признавался бродягой (это было сделано для отсеивания обычных безработных от профессиональных бомжей, которые работать вообще не желали).

Любили католики Генриха, да.

Соответственно, увидев в чьём-то тексте эту цифру, есть основания не верить всему тексту.

Ещё по теме:
огораживания
уголовное право Тюдоров
This page was loaded ноя 16 2019, 12:19 am GMT.